Странное дело, вчера потрескивал морозец, но, сидя над лункой, замерз я не так сильно, как сегодня... Вот сижу с удочкой и жду, скоро ли на запах прикорма подойдет плотва, а сам мерзну.

На рыбалке, как и в любом деле, случай может преподнести то, что называется «редкая удача». Со мной произошло вот что...

Наступил март. Днем солнце начало изрядно припекать, и снежные сугробы подернулись тонкой слюдяной коркой. Осыпающиеся, истекающие влагой ледяные торосы на реке стали похожи на хрустальные замки.

Как ни уговаривал Яков друзей прекратить рыбалку на пустой сегодня протоке и отправиться на основное русло Большой, все было бесполезно. Неохота им было сниматься с насиженного места и шагать три километра по вязкому апрельскому снегу. Да и заветная фляжка сделала свое дело, и мужики «рассолодились». Сначала они лениво отмахивались от назойливых сетований Якова, а затем откровенно заявили: «Иди ты, Цыган, со всей рыбалкой, и не просто иди...»

Теплый закат давно уже отполыхал оранжевым пламенем. Егор Дубцов бросил в горячий пепел костра корочку от подрумяненной печеной картофелины, стряхнул с полы засаленного шубняка хлебные крошки и потянул за рукав старой телогрейки похрапывающего рядом напарника.